?

Log in

No account? Create an account

December 3rd, 2017

Попробуем разобраться на конкретном, но характерном примере, в чём ошибка таких исследователей, как Смирнов и Лопатников, записывавших в пролетарии откровенное жульё по формальному признаку принадлежности к наёмным труженикам, и что же такое «действительные общественные отношения», на которых у людей строится совместная экономическая деятельность. (Смирнов как-то в споре выдал на-гора мысль, что с момента переименования кабинетными теоретиками «крестьян» в «сельскохозяйственных рабочих» всякое кулацкое отродье перестало воровать и при каждом удобном случае гадить Советской власти, обрело пролетарскую сознательность и готово было строить коммунизм. Ну, а причисление Лопатниковым банковских менеджеров к пролетариям, думаю, факт известный и курьёзный.)

В чём тут «засада»? В существовании так называемых «действительных» отношений, по отношению к которым занимаемые людьми официальные социальные позиции служат не только вторичным их отражением, но и выполняют порой маскирующую роль.  За примером обратимся к отцу нашему крёстному дону Вито Корлеоне и сыну его Майклу.
Вообще – чуть отвлекусь – следует сказать спасибо литературе, которая подчас позволяет судить о таких сторонах социального бытия, которые не всегда доступны, например, социологическим исследованиям, сколь добросовестными бы не были последние. Поблагодарим же Оноре да Бальзака за правдивую картину жизни Франции начала XIX века; скажем спасибо Лескову, Федину, Гончарову, Бунину, Горькому, А.Н. и Л.Н.Толстым, Салтыкову-Щедрину и другим соотечественникам – за честное описание прелестей «России, которую мы потеряли». Ну, и Марио Пьозо тоже респект.

Так вот, если помните, в 22-й главе «Крёстного отца» повествование возвращается к Люси Манчини, которую в самом начале книги Сантино Корлеоне тайком трахнул на свадьбе сестры. У Люси с Сантино была взаимная страсть, совершенно животная, но очень сильная, и после его смерти девушка пыталась покончить с собой. Удостоверившись, что Люси не виновата в гибели сына босса, семья Корлеоне проследила за её выздоровлением, а потом забрала к себе, на свой бизнес-форпост в Лас-Вегасе. Мафия любит молчаливых девушек. Там Люси работала на ресепшене, отдыхала – и между прочим, стала держателем небольшого пакета акций гостиничного комплекса с рестораном и казино. Акции были оформлены на неё, но Люси не имела к ним ни малейшего отношения, просто по просьбе «семьи» расписалась в нужных документах. Ни денег, ни времени ей это не стоило, просто нужно было держать язык за зубами, а это она умела. Такую же услугу оказал мафии доктор Жюль Сегал, которого клан Корлеоне подобрал и пригрел, когда того вышибли из профессии за подпольные аборты. Таких «друзей», молчаливых «держателей акций», «хозяев» недвижимости, «владельцев» банковских вкладов у клана Корлеоне было много – от горничных до директоров банков.
И когда приехавший в Вегас Майкл между делом объявил собравшимся доверенным людям, что из десяти строящихся гостиниц четыре принадлежат «друзьям семьи» Корлеоне, ни у кого не возникло сомнений на тему, кто на самом деле будет распоряжаться этим имуществом и доходами с него.

Так что мешает «наёмному пролетарию», руководящему банком или фирмой, поступить так же и стать тайным совладельцем своего предприятия? Да ничто не мешает. Не говорите мне про буржуазную законность. Можно не сомневаться, что так делается сплошь и рядом.

А на просторах родного отечества вообще всё проще и прозрачней.
унылые местные делаCollapse )

Так это я всё к чему? Как в первом, так и во всех остальных случаях действительные производственные отношения между «крутыми пацанами» и «лохами», вне зависимости от вида их юридического оформления, складываются не в соответствии с формально действующими законами, а в соответствии с неким негласным соглашением, являющимся продуктом упоминавшегося Марксом «кулачного права». Если бы Маркс как следует подумал, он признал бы, что это «кулачное право» является этической системой, а складывающиеся отношения – этическим компромиссом между группами населения, живущими в соответствии с различными видами этических систем. Итого, «действительные общественные отношения», о которых они с Энгельсом толковали, представляют собой сложный комплекс потребностей и интересов (биология и культура), этических норм (культура), научно-технических достижений (культура) и объективных характеристик вступающих в отношения субъектов (биология и культура).